Самореализация и самоактуализация

Самореализация и самоактуализация

Многими исследователями в связи со смыслом жизни и с самосознанием в целом выделяется как самостоятельная проблема самореализации и самоактуализации.

Самореализация – осуществление возможностей развития «Я». Такое определение соответствует доктрине, согласно которой высшим конечным результатом развития является самореализация или самоосуществление. Наиболее близкими к понятию «самореализация» являются понятия «самоактуализация» и «самоосуществление». Понятие «самоактуализация», как правило, описывается в психологической литературе со ссылкой на работы А. Маслоу. В зарубежных психологических и философских словарях термин «самоосуществление» (self-fulfillment) чаще трактуется как свершившийся, конечный результат самореализации, полная реализация возможностей личности.

Л.А.Коростылева72 предлагает следующее определение: самореализация – это осуществление возможностей развития «Я» посредством собственных усилий, сотворчества, содеятельности с другими людьми (ближним и дальним окружением), социумом и миром в целом.

Притязание на признание. Социальное признание

О.Ю.Артемова73 приводит данные Б.Спенсера и Ф.Гиллена о том, что «нет ничего такого, к чему абориген был бы более чувствителен, чем презрение и насмешки товарищей, и ради того, чтобы возвыситься в их глазах, он часто идет на такие жертвы и испытания, которые покажутся европейцу совершенно неравноценными получаемому удовлетворению». По ее же мнению, стремление к самоутверждению свидетельствует о достаточно высоком уровне развития индивидуального самосознания, и желание заслужить одобрение окружающих и способствуют развитию индивидуального самосознания в целом. Обостренная чувствительность человека к тому впечатлению, какое он производит на окружающих, может стать источником особого тщеславия, побуждающего австралийца вести себя так, чтобы как можно сильнее воздействовать на воображение других людей, привлекать к себе всеобщее внимание, добиваться от окружающих изъявлений уважения или даже почитания.

Вместе с О.Ю.Артемовой можно также предполагать, что стремление к самоутверждению и связанная с ним боязнь общественного осуждения составляют значительную часть тех мотивов, которые побуждают человека действовать в соответствии с существующими в обществе нормами. Но вместе с тем стремление к самоутверждению нередко вызывает и желание заслужить особую, из ряда вон выходящую репутацию в коллективе, что приводит порой к противопоставлению личности другим членам коллектива, иногда к вполне определенным проявлениям индивидуализма. И весьма вероятно, что это относится не только к первобытнообщинному строю, но и к современной цивилизации.

Однако, как считает В.С.Мухина74, для современного человека притязание на признание может быть реализовано не в жестко определенных формах деятельности или нормативного поведения, а в нюансах межличностных отношений. Человек притязает на признание близких людей (референтной группы), а не всей общины, как в первобытном обществе, и не в столь выраженной форме, как ранее. Таким образом, это по сути своей притязание на социальное признание. Его безусловно следует отличать от «собственного» притязания на признание – самооценки собственного «Я» – физического, интеллектуального, личностного и т.д. Эта оценка может не совпадать с социальной оценкой.

Притязание на социальное признание также не однородно. В определенном смысле оно является притязанием на признание личности как члена общины, этноса, народа, как признание его полноценным мужчиной (женщиной), его (ее) социально-ролевой позиции – здесь мы имеем дело с феноменами социальной идентификации, которые подробнее рассматриваются в соответствующем параграфе. И только в более узком смысле притязание на признание включает в себя стремление к высокой оценке другими своих достижений как профессионала, личностных качеств, способностей и т.д. – здесь речь идет скорее об уровне притязаний – о вопросе скорее количественном, чем качественном. Уровень притязаний, вероятно, не случайно обычно оценивается по таким параметрам как завышенный – заниженный, неадекватно завышенный и т.д. Конечно, отмечается значение предметной области в детерминации уровня достижений, динамика в зависимости от успехов, но эта личностная характеристика в данном аспекте – к притязанию на признание обычно не рассматривается.

«Рассуждая» о притязании на признание человек, вероятно, решает в терминах «Что должен делать хороший муж? Что ждет жена?», «Что требует система?»75 Но такое рассуждение присуще не всем. Описывается и рассуждение «идеальное», в котором человек больше концентрируется на своих суждениях о том, что должно быть. Но здесь мы говорим о важности для человека быть признанным – врачом, мужем, отцом. При всем том, что подобное притязание на признание свойственно в разной степени всем людям, доведенное до крайности, оно становится тормозом развития самосознания. В данном случае человек очень чутко настроен на то, как к нему отнесутся, боится угрозы возможного критицизма, авторитетного мнения, правил, решений и соглашений76.

В «патологическом» варианте притязание на признание сводится к оправданию ожиданий, удовлетворение доставляет исполненный «долг», а не свободный выбор. Мысль «Я должен» заставляет человека вести себя определенным образом – выполнять бесконечные задания, «обязательства». И с его точки зрения, эти задания просто существуют, а не выбраны им самим. Иными словами, он не чувствует себя свободным, но ощущают неловкость в обстоятельствах, которые дают им свободу. Таким людям тяжело в праздники и выходные, поскольку нет «долга». Хотя и в свободное время можно найти «долг» – хобби, читать и слушать музыку, чтобы быть культурным и т.д.

Очевидно, что данный феномен не связан однозначно с социальной идентичностью. Хотя «Я должен вести себя так, как ведут себя русские, интеллигенты и т.д.» также нельзя полностью выносить за рамки проблемы. Иначе мы останемся только с тем, что называется общими правилами приличий и тактичностью.

Эмпирические исследования В.Ф.Петренко77 показывают, что идеалом азербайджанской женщины считаются такие проявления как «бросить учебу ради семьи», «не выйти замуж за любимого, если возражают родители». Те же ролевые позиции предполагаются и в отношении россиянок. Идеал «в целом» для россиян должен (в терминах фразеологизмов) «держать себя в узде, заглядывать вперед, держать слово, бороться с самим собой, жить своим умом и т.д.» Идеал грузина должен оказывать поддержку, много работать и т.д.

Данные по российский выборке показывают и более детальные «предписания» для различных ролевых позиций. Исследование М.О.Мдивани и И.Г.Дубова78 показывают, что мужчина должен обеспечивать женщину, помогать ей. Руководитель должен быть специалистом в той области, в которой работает. Его подчиненный не должен обсуждать приказы и спорить с ним. Лидеру приписываются скорее внешние атрибуты – он должен быть энергичным и обладать внушительной внешностью. Общественное мнение предполагает определенные формы поведения для состоятельных людей, отношений с детьми, родственниками и т.д.

Однако, в указанных исследованиях дескрипторы были исходно заданы, и испытуемые не могли давать свободный ответ. Однако, именно свободные ответы часто дают самую интересную и разнообразную информацию о представлениях респондентов. Конечно, здесь исследователь часто остается на уровне феноменологии, не может достоверно вывести закономерностей, но и эти данные представляют безусловный интерес.

Так что, если спросить, что надо для того, чтобы заслужить признание другого человека? Чтобы Вас ценили и уважали? Или понравиться другому человеку? До каких пор люди добры к Вам? Возможны и другие вопросы относительно разных аспектов признания. На два последних дает ответ исследование С.Г.Климовой79.

Всего было выделено 9 вариантов ответов: 1 – иметь ресурсы (деньги, связи, хорошо одеваться); 2 – способы обольщения (показать себя, быть заметным, продемонстрировать положительное отношение к партнеру); 3 – быть самим собой; 4 – быть открытым для другого (знать, что ему нравится, понять его, быть к нему внимательным, уважать); 5 – закрытость и самоконтроль (не высовываться, вести себя прилично, быть неоригинальным, себя контролировать); 6 – социальная зрелость, компетентность (быть культурным, знать свои способности, работать над собой); 7 – быть нравственным (добрым, отзывчивым, справедливым, честным); 8 – быть сильным (уверенным в себе, смелым, решительным, незакомплексованным); 9 – иметь навыки общения (найти общие взгляды, быть общительным, остроумным).

Если расположить варианты ответов по степени убывания их популярности в последнем исследовании, статичные и репрессивные установки, связанные с самоконтролем, сменяются ориентацией на открытость и гибкость во взаимодействии с партнером.

Сейчас, чтобы понравиться, можно оставаться самим собой (раньше – иметь ресурсы и постоянно себя контролировать), но одновременно нужно уметь понимать другого человека, уметь манипулировать им. Примечательно, что открытость сочетается со снижением требовательности к контролю собственного поведения и нравственному компоненту взаимодействия. Установка «открытость – активность» в сочетании с нравственной индифферентностью проявляется примерно у трети опрошенных, прежде всего у брокеров и студентов. Рабочие и инженеры более консервативны. Они сравнительно чаще говорят о необходимости себя контролировать, быть всегда нравственным, чтобы понравиться другому человеку. Но и в этих группах заметен сдвиг к более гибким стратегиям, предполагающим, с одной стороны, открытость и чувство собственного достоинства, а с другой – готовность понять партнера, если понадобится, ему подыграть («быть таким, как ему хочется»).

Тогда что значит, с позиций рабочих и инженеров, быть нравственным? Можно ли найти не просто набор качеств (черт), а то главное, системообразующее свойство, которое позволяет определить описываемое лицо как нравственное. Этой цели служил вопрос, построенный в виде задачки: доказать с помощью описания конкретного события или действия, что данное лицо действительно порядочное. Но этот вопрос задавался в исследовании М.И.Воловиковой и Л.Л.Гренковой80, а испытуемыми были школьники и студенты.

Портрет «порядочного человека» у взрослых и детей, отличаясь в деталях, в самом важном оказался, практически, идентичным: порядочный человек – это тот, кто умеет прийти на помощь; добрый; честный.

Практически, половина респондентов указали эти черты, причем как для взрослых, так и для детей способность прийти на помощь прочно заняла первое место. На «доверии» у студентов следует остановиться особо. Среди приводимых примеров эта тема заняла центральное место. «Ему можно доверить любую тайну и он никому ее не откроет, не бросит в трудную минуту и защитит.» В образец (эталон) порядочности также прочно вошла способность не подчиняться давлению, осуществляемому десятилетиями на государственном уровне, требующему доносить, предавать, осуждать и обсуждать.

Возвращаясь к работе С.Г.Климовой, в которой анализируется обусловленность доброты со стороны других (вернее, ее ожидание), можно отметить основные закономерности. Из перечисленных вариантов были выявлены три поведенческие стратегии: 1 – подчинение, конформизм; 2 – доминирование; 3 – партнерство. Реакций, которые в «чистом виде» могут быть отнесены к конформному поведению, стало меньше как у взрослых, так и у молодых мужчин. Самые большие конформисты – инженеры. С другой стороны, конформизм С.Г.Климовой81 трактуется здесь как «суппрессия» – сознательная форма самоконтроля, исключающая неодобряемые желания, исходящие из эго-идеала (совокупности позитивных идентификаций); принимаемые и действительно желаемые стандарты добра и высшего блага, стандарты, которые основываются не на обязательности, но на искреннем желании их соблюдать.

Психологические механизмы

Однако, при чисто внешнем сходстве проявлений притязание на признание может иметь совершенно разную психологическую основу. Идентификация с ролью – один из возможных механизмов («Я, как врач, должен хранить тайну пациента»). Другой – внешнее подчинение (основной мотив – если не следовать роли, возможны негативные санкции: «Если я нарушу тайну, будут неприятности»). Наконец, ценностное отношение предполагает мотивы иного, часто морального свойства («Я не должен раскрывать чужую тайну, если мне доверяют»). Соответственно, притязание на признание здесь также различно, по крайней мере субъективно. Но притязание на признание «нормативного» врача и при внешнем подчинении, скорее всего, притязают в основном на спокойствие и благополучие. Притязание на признание себя «честным человеком» – иного рода. Здесь необходимо выделять притязание на самоуважение, признание себя самого. И критерий притязания на самоуважение может не совпадать с таковым притязания на признание со стороны других людей. Так, М.И.Воловиковой и Л.Л.Гренковой82 указывается, что если выбирая образ «безусловно порядочного человека» испытуемые подчеркивают в нем те черты, где «образец» не переступает нравственный закон, то есть, где у него сохранна «нравственность невинности», то чтобы быть образцом нравственности в глазах другого человека, нужно, по житейским меркам, стать как бы не очень сообразительным, неадаптивным.

Поэтому необходимо условно различать притязание на признание социальное и интраиндивидуальное. Или, в терминах В.А.Петровского,83 «Я в себе и для себя» и «Я в другом и для другого».

Источник: http://www.psylib.ukrweb.net/books/ivanv01/txt07.htm

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

заказ статьи

Архивы